Австралийский лингвист Кристофер Мозли объясняет, почему важно сохранять языки и рассказывает о главных новинках третьего издания издаваемого ЮНЕСКО «Всемирного атласа вымирающих языков».

Интервью провела Люсия Иглесияс (ЮНЕСКО)

Почему мы должны заботиться о сохранении языков?
Pourquoi devons-nous nous préoccuper de la préservation des langues?

У нас, как членов человеческого общества, вымирание языков должно вызывать такую же тревогу, как и уменьшение во всем мире числа видов растений или животных, оскудение биологического разнообразия. Специфика современных движений за возвращение языков к жизни - они раньше просто не существовали - состоит в том, что лингвисты наконец-то получили представление о количестве языков в мире, о том, какие силы угрожают им уничтожением и как держать их под контролем. Это – и трудно, и сложно. Наивностью и упрощением было бы считать, что наиболее распространенные языки бывших колонизаторов, какими являются английский, французский и испанский, - это убийцы, а менее распространенные языки – их жертвы. На самом деле, все обстоит иначе – наблюдается тонкое взаимодействие сил. Атлас поможет неспециалистам получить более полное представление об этих силах.

Как объяснить одной фразой, почему мы должны заботиться о этом? Потому, что каждый язык - это мир мыслей, обладающий уникальной структурой, с только ему присущими ассоциативными связями, метафорами, образом мышления, словарем, фонетикой и грамматикой. Все они составляют замечательную архитектурную структуру – такую хрупкую, что она может легко быть утеряна навсегда.

Расскажите о проектах и начинаниях, которые помогли спасти какой-нибудь язык?

Проекты и начинания возникают на всех уровнях – от местных кампаний, проводимых по инициативе простых людей и помогающих им не только освоить чтение на родном языке, но и передать эти навыки молодому поколению, до крупных планов, получающих государственную поддержку.

В Австралии, например, организуются активные и успешные кампании по возвращению к жизни языков, которые поколениями считались исчезнувшими, а на самом деле, оказались лишь «спящими». В Новой Зеландии язык маори был спасен от почти полного забвения благодаря схеме «языковых гнезд» - детских яслей, где языку учат детишек.

Но самыми успешными оказались проекты, опиравшиеся на поддержку государства и его учреждений. Среди них - восстановление статуса валлийского языка в Уэльсе, а также каталанского – в Каталонии. Эти два европейских региона добились успеха уже при жизни нашего поколения. И, конечно же, возрождение иврита как национального языка Израиля.

Что нового в последнем издании Атласа?

По крайней мере, три аспекта определяют новизну этого, третьего по счету издания. Первый и наиболее видимый – его публикация в двух различных форматах: в онлайновом и печатном. Онлайновая версия с использованием Google Earth maps стала важным нововведением, она позволяет с высокой точностью указать территорию, в границах которой употребляется каждый, даже самый малораспространенный вымирающий язык.

При этом можно изменять масштаб изображения и его детализацию. Во-вторых, мы впервые даем наиболее полную картину всего мира. Предыдущие два издания содержали только примеры состояния вымирающих языков на нескольких континентах. На этот же раз мы постарались учесть практически каждый язык. Как и в прошлых изданиях, мы указываем уровень опасности в пределах от «Опасного» до «Отмирающего», используя при этом систему цветового кодирования.

Наконец, в-третьих, - мы публикуем Атлас на трех языках – английском, французском и испанском. Позднее возможна его публикация и на других языках.

Вы являетесь главным редактором Атласа вымирающих языков. Как было организовано его составление?

Он составлялся международной группой экспертов, которые специализируются в области языков, находящихся в опасности. Как и при составлении предыдущих изданий, у нас были региональные редакторы, отвечавшие за сбор данных по каждому континенту, за подготовку региональных обзоров для их последующего включения в Атлас, за введение данных для определения языковых зон на картах.

Для некоторых районов требовались знания местных специалистов из нескольких стран. Конечно же, им также была необходима специализированная помощь и рекомендации со стороны сотрудников Отдела нематериального наследия ЮНЕСКО. Сотрудник ЮНЕСКО, редактор Интернет-версии, помогал в этом плане редакторам на каждом этапе работы, одновременно создавая онлайновую версию. Для всех нас это был первый опыт работы подобного рода.

Редакторы, отвечавшие за решение конкретных задач, и я как главный редактор – все мы держали под контролем подготовку текстов. Весь проект выполнялся в сжатые сроки – на работу от момента ее начала до завершения ушло меньше года.