В орошаемых районах Валенсии, этого фруктового сада для всей Испании, вода имеет первостепенное значение. Вот уже много веков здесь по четвергам собирается суд для решения споров о воде.

Четверг, полдень, соборная площадь Валенсии. Прихожане спешат на мессу, туристы кормят голубей или листают меню окрестных ресторанов. По первому удару полуденного колокола из соседнего здания выходит судебный исполнитель (alguacil) с высоким жезлом, увенчанным золотым гарпуном. За ним следуют восемь человек в традиционных для местных земледельцев длинных черных платьях: это – заседатели Водного суда, многовекового учреждения, собирающегося каждый четверг. На своих открытых заседаниях суд решает споры по распределению воды, протекающей по восьми каналам, орошающим 17 000 гектаров земель Валенсии, где выращиваются цитрусовые, рис, виноград и персики для всей Испании и на экспорт.

По удару жезла о гранитный пол восемь седовласых заседателей садятся перед Вратами апостолов на деревянные стулья, украшенные тисненой кожей. Заседатели – не судьи, они – «старшины», выбранные демократическим путем на два года и представляющие владельцев восьми каналов. Они не обязаны иметь юридическое образование, достаточно того, что они сами обрабатывают свои угодья и пользуются репутацией «честных людей». Кроме того они досконально знают очередность и периоды орошения, обязанности по пропорциональному распределению воды и уходу за каналами, протекающими через их земли, чтобы вода могла в достатке поступать на земли других земледельцев. Все эти вопросы могут стать предметом споров между земледельцами.

Водный трибунал - арабские корни

«Я прихожу сюда каждый четверг, это – моя обязанность». Висенте Байсаули Пастор, старшина канала Фавара, одного из самых крупных в плодородной долине, ни на секунду не сомневается в необходимости Суда. «Суд существует для нарушителей, и нарушители обязаны исполнять наши решения, так как наше учреждение было основано халифом Кордовы, весьма влиятельным и высокопоставленным вельможей». Как свидетельствуют такие термины как азуд (заслонка), асекия (канал), фила (единица дебита воды в секунду), методы распределения воды и принцип ее неотделимости от земли были разработаны арабами во времена царствования Абдаррахмана II и аль-Хакама II. В сегодняшнем своем виде Суд был создан около 960 года, при Абдаррахмане III. Считается, что Суд заседал перед вратами главной мечети, ныне собора.

Заседания Суда проходят на улице и только на диалекте Валенсии. Каждый выступает за себя, без адвоката, без прокурора, без письменных документов. В то же время, разрешается приглашать свидетелей и, при необходимости, назначать осмотр земель.

Справедливость, закон и здравый смысл

Решения Суда не подлежат обжалованию: « Мы – Верховный Суд, ибо исходим из здравого смысла, – заявляет Байксаули, который, хоть и утверждает, что все его решения справедливы, в то же время сожалеет о том, что однажды осудил святого, – Получилось, что основной канал подавал слишком много воды и уничтожил урожай земледельца, который, в свою очередь, обвинил своего соседа в том, что тот выпустил больше воды, чем было надо. Это его надо было осудить за дачу ложных показаний, но, поскольку он потерял весь свой урожай, приговор показался мне слишком суровым. Поэтому я осудил Святого Петра за избыток дождя, а потом, поскольку я – католик, написал ему письмо с извинениями».

Преподаватель административного права и гражданского судопроизводства Университета Валенсии Мария Хосе Маскарель Наварро приводит несколько объяснений продолжительности существования Водного суда и неизменному исполнению его решений: «Прежде всего, суд принимает решения не по одному, а по всем каналам. Кроме того, он не имеет верховной власти, но является инстанцией, старшины которой выбираются народом и демократическим путем. И самое главное – по традиции земледельцы считают позором публичное осуждение, поэтому, как правило, дело заканчивается полюбовным соглашением».

Тем временем, Байксаули охотно объясняет, какая опасность, нависла над орошаемыми землями в связи с тем, что они находятся в районе с ярко выраженным туристическим уклоном: «Видите ли, наши дети и слушать не хотят о рисе или апельсинах, потому что они не сулят больших прибылей земледельцам. Сегодня хорошо зарабатывают строители».

Люсия Иглесиас Кунц