«То, что вы видите на фотографии – не карусель, это ее отражение», - поясняет японский фотограф Шигеру Асано, которого околдовали светотени Парижа. Он бродит по улицам этого города уже тридцать лет. В десяти тысячах километров от родного Осака, он чувствует себя во французской столице, как у себя дома. Здесь ему нравится атмосфера некой меланхоличности, чего ему не хватает в Токио – слишком для него ослепительном.

Своеобразные отражения на стекле, его фотографии передают лишь часть окружающей жизни – ту, что можно увидеть в маленькой луже на парижском тротуаре. Шигеру Асано – не первый фотограф, увлеченный игрой отражений, но, несомненно, один из немногих, кто сделал ее основой своей эстетики. Прочерк зыбкого луча, порыв ветра, неожиданная тень… - но при всем этом поразительная четкость. В любом случае, это – единственная реальность его фотографических работ.

«Вы знаете, иногда люди на улице подходят ко мне и спрашивают – хорошо ли я себя чувствую. Потому что они видят сидящего в дождь на корточках под зонтом человека», - говорит фотограф. Они не видят, что этот человек хлопочет над фотоаппаратом, устанавливая его на штативе на расстоянии двух-трех сантиметров над землей. Они даже не подозревают, что этот человек задумывал месяцы, а то и годы именно такую фотографию. Что он может использовать три десятка пленок, пока не добьется искомого результата.

Для Шигеру Асано очень важна эта протяженность творческого процесса, поэтому он не пользуется цифровыми камерами: «Когда работаешь с пленкой, то приходится ждать, потом уже открываешь для себя – получилось или нет. Случается, когда проявляешь пленку, все выходит черным… Тогда приходится все начинать сначала. Это постоянная борьба за кадр... Очень стимулирует». За восемь лет с начала работы над темой «Лужи» он сделал не больше 60 фотографий.

Антипод знаменитого соотечественника Нобуйоши Араки, он создает параллельную реальность, сотканную из фантазий и иллюзий. Жесткости он противопоставляет лирику, суете – тишину, толпе – одиночество… Его Париж практически лишен жителей. «Да нет, - не согласен он,- вы же видите… во-он там виден мужчина». Да, конечно, редкие фигуры попадаются на черно-белых сценах, снятых им верным Пентаксом 6,7. Но это всегда одиночки. «Для меня эти фотографии – как зеркало», - признается он.

И рассказывает о том, как он одинок. В 14 лет он потерял мать. Отца никогда не видел. Ни сестер, ни братьев. Детей у него нет. («Во всяком случае, пока»). В 1971 году он отправился в Токио изучать моду. Через пять лет он ненадолго прилетел в Париж, где окончательно поселился с 1979 года. Первые свои десять лет в Париже чем он только ни занимался: художник, механик, гарсон… пока не открыл для себя фотоаппарат «Минолту» и не увлекся фотографией. Следующие десять лет – творческие поиски, а это множество ярких цветных фотографий, часть которых – для модных журналов. « А потом, однажды вечером, когда я очень страдал, потому что меня бросила любимая женщина (с кем не бывает, верно?), я вышел на улицу под дождь Его капли смешивались со слезами, и я увидел вдруг то, что вы видите сейчас на моих фотографиях. Так я нашел себя».

Удивительно, как это созвучно стихотворению французского поэта Шарля Бодлера «Чужестранец»: «Чего ты любишь больше, человек-загадка? Отца ли мать своих, сестру ли, брата?» / « Нет у меня ни матери-отца, нет ни сестры, ни брата…» / «Так что же любишь ты, пришелец странный?» / « Я облака люблю… те, что плывут далеко… что так меня к себе безудержно влекут!» (перевод Владимира Сергеева)

Жасмина Сопова

В рамках Фестиваля культурного разнообразия, проводимого ЮНЕСКО, в мае Шигеру Асано выставлял свои работы в мэрии 1-го округа Парижа, часть из них автор любезно разрешил нам воспроизвести (© Shigeru Asano).