Благодаря Всеобщей истории Карибского бассейна впервые народы этого островного района мира, разделённые географически, но объединенные одной культурой, вышли на авансцену истории не как объекты, но как субъекты и самостоятельные вершители своей судьбы.

Как все начиналось?
В декабре 1981 года Генеральный директор ЮНЕСКО Федерико Майор собрал в Париже 20 карибских и европейских исследователей, лично пригласив каждого и предложив создать рабочую группу для подготовки истории региона, его народов, среды их проживания, пользуясь взглядом «изнутри». Подробнее

Исследовать историческую почву in situ, а не просто наблюдать за историей из далеких столичных и университетских городов Европы, – вот что легло в основу работы редакционного комитета Всеобщей истории стран Карибского бассейна в соответствие с решением, принятым в 1983 году в Кингстоне (Ямайка). Эта группа 18 исследователей, в основном, выходцев из стран Карибского бассейна, а также стран Африки, США, Европы и Индии, должна была сосредоточиться на изучении прошлого разбросанного населения Карибского бассейна, которое, тем не менее, объединено близостью своих обычаев и традиций, что и стало основанием для создания труда по его общей истории.

На первом плане должны были оказаться народы и культуры, которые до этого не пользовались вниманием серьёзных исторических повествований: они фигурировали в них лишь в виде забавных историй, скорее как объекты, нежели субъекты и вершители своей судьбы.

Задача была фундаментальной. Прежде всего, следовало определить контуры Карибского «региона». Первоначально они охватывали острова одноименного моря, затем были включены прилегающие континентальные территории и, наконец, была принята во внимание общность людей, населявших эти территории на севере, юге, востоке и западе с предыстории до наших дней. История касается, таким образом, островов, а также прибрежных территорий, омываемых Карибским морем в Центральной Америке и в Южной Америке – от Колумбии до Гвианы. Все эти земли населяют народы, имеющие общее культурное наследие и схожий исторический опыт в сфере политической, экономической и социальной организации, даже если он был приобретен в разные эпохи.

Далее следовало определиться с числом томов, уточнить хронологические рамки и продумать содержание статей с тем, чтобы они адекватно отражали разнообразие этнических корней, территорий, языков, религий, обычаев и политических систем и включали бы все эти особенности в единое целое, читаемое как всеобщая история стран Карибского бассейна.

Приняв тематический подход, редакционный комитет сумел избежать сведения всего проекта к краткому изложению отдельных историй каждого острова - это уже было написано креольской элитой в период XVII-XX веков. Европейские и американские историки, со своей стороны, ранее ограничивались описанием конфликтов или же торговых отношений между островами и континентом.

В первой половине ХХ века в европейских и американских университетах шёл процесс расширения исторических исследований, и впервые стал меняться взгляд на историю Карибского бассейна. Влияние также оказало начавшееся движение за политическую автономию. Оба эти фактора привели, прежде всего, к тому, что акценты были перенесены сначала на истории отдельных стран и народов, а затем на социальную историю по таким общим темам, как сахарное производства, рабство и его законы, европейская и азиатская иммиграция.

В старых университетах Кубы и Пуэрто-Рико, а также в более молодых учреждениях таких, как Университет Западной Индии (University of the West Indies), стали создаваться отделы по изучению Карибского бассейна. Курсы лекций первого цикла образования по вопросам карибской литературы, истории, культуры и общественного развития были введены под влиянием исследователей, которые стремились лучше понять деятельность, определившую образ региона, и выделить базовые элементы карибской культуры. Затем преподаватели, занимавшиеся этими исследованиями, создали Ассоциацию историков Карибского бассейна и Ассоциацию карибских исследований. С 1980-х годов были, таким образом, заложены основы всеобщей тематической истории Карибского бассейна.

Основные результаты этих исследований отражены в шести томах нашей Истории. Она начинается с описания коренных народов, уроженцев Ориноко, которые поселились на карибских островах за несколько веков до прихода европейцев.

Из района проживания, который вскоре стал воротами Нового мира, они были вытеснены на север рабством, варварством и болезнями. На востоке их тактическая ловкость, искусно использованная как в борьбе с европейцами, так и в торговых отношениях, позволила им продержаться намного дольше, однако их численность постоянно уменьшалась, и в XVIII веке те, кто продолжал сопротивление, были депортированы в Белиз. Там они основали общину, которая существует до сих пор и передает сегодня свой древний язык «гарифуна» всем индейцам карибам (калинаго), живущим от Доминики до Сент-Винсента.

На севере и востоке Карибского моря эти переселенцы из центральных и южных районов континента смешались на протяжении веков, сформировав карибское население и карибскую культуру. Они сохранялись достаточно долго, затем, вместе с европейскими иммигрантами, стали основой того «нового общества», которое дало название второму тому Истории. В нем исследуется это общество периода 1492-1650 годов, а также его карибское окружение, рассматриваются влияние на местное население европейской колонизации, причины насильственной миграции, установление рабства и ввоз рабов африканского происхождения, а также природа торговых и биржевых конфликтов, разделявших европейцев.

Третий том посвящен «рабовладельческому обществу», иначе говоря тому, скольких человеческих жизней оно стоило и какие формы сопротивления наблюдались во всем регионе, например, движение, которое на заре XIX века привело к независимости Гаити. Здесь же рассматривается введённый Великобританией запрет работорговли, затем процесс эмансипации, ставшей результатом восстания рабов на островах и яростной кампании гуманистов и европейских сторонников либерализма.

Четвертый том, посвященный «долгому XIX веку», построен скорее тематически, чем хронологически. Конфликты между землевладельцами и свободными крестьянами вынуждали правительства поощрять и финансировать миграцию из стран Азии, в частности, Индии. В ХХ веке ограничения, введённые для наёмных работников, и постоянные унижения рабочих на плантациях легли тяжким бременем на развитие креольского общества. Социальные и экономические отношения в обществе, отмеченные столкновением рабского и наёмного труда, обострились конфликтами между народностями. Между тем, дух постоянного сопротивления угнетению помог укрепить в обществе чувство достоинства и уверенности свободного человека. На пороге ХХ века зародились движения за автономию, вместе с тем, возросла роль американского капитала и политического влияния в ущерб влиянию европейцев.

Пятый том посвящен Карибскому бассейну ХХ века. В нем рассматриваются вопросы деколонизации и неоколонизации, которая проявилась в сохранении и даже преобладании плантационного хозяйства, постоянной безработице и неустойчивости карибской экономики. Здесь же исследуется влияние модернизации и массовой коммуникации на местные культуры.

И наконец, в последнем томе освещены вопросы методологии и историографии Карибского бассейна, а также использованные при написании этой Истории исторические и технические источники. В заключении мы приводим историческую хронологию карибских территорий и разнообразные исторические записи, завершая труд экскурсом в процесс эволюции интерпретации истории.

Рой Огье, историк (Санта-Лусия). научный директор Всеобщей истории стран Карибского бассейна